Нравится LibRing?
Расскажи друзьям:
Борис Ямпольский

Избранные минуты жизни. Проза последних лет

Обложка книги Избранные минуты жизни. Проза последних лет

Книгу можно купить в интернет-магазинах:

· OZON.ru 231р. [Проверить наличие]
· OZON.ru 166р. [Проверить наличие]
ISBN: 5-86585-047-4
Издательство: Акрополь
Год издания: 1998
Страниц: 200
Формат: 70x90/32
Бывают времена и страны такие, что негде, кроме литературы, укрыться истине, добру и красоте, и любая порядочная книга становится священной. Автор "Избранных минут" - однофамилец известного советского писателя - несколько десятилетий в такой ситуации пребывал, изо всех душевных сил сопротивляясь самым могущественным в истории организациям, пытавшимся отучить его читать - то есть думать - то есть проводить жизнь как подобает высшему существу. Потому что, согласитесь, нельзя же, прочитав "Капитанскую дочку", "Ионыча" или "Крысолова" - подать руку осведомителю, трусу, хаму, лжецу - ни поднять ее в знак одобрения людоедской резолюции. Такой взгляд на вещи - неотъемлемое достояние автора и сюжет "Избранных минут". Борис Яковлевич Ямпольский родился в 1921 г. в Астрахани; в 1929 г. семья переехала в Саратов. Сразу по окончании школы был арестован "за антисоветскую деятельность" и осужден на 10 лет по статье 58 п. п. 10, 11. Отбыв срок на Северном Урале в Базстрой-лаге, ушел на поселение в новостроящийся поселок, впоследствии - г. Карпинск. Работал художником при домах культуры, кинотеатрах, в ярославской реставрационной мастерской. В 1961 г. реабилитирован "за отсутствием состава преступления", вернулся в Саратов. В 1971 г. в связи с делом о самиздате и увольнением с работы после статьи "У позорного столба" в областной газете "Коммунист" уехал в Петрозаводск. В настоящее время живет в Петербурге. Литературой увлекался со школьных лет. После освобождения с 1951 г. писал рассказы о людях, окружавших его в лагере. В 1971 г. уже законченная рукопись была похищена, надо полагать, сотрудниками саратовского КГБ. Ее судьба неизвестна до сих пор. СЮЖЕТ СУДЬБЫ - СУДЬБА СЮЖЕТА Предотвратим незначительное недоразумение: перед вами - не тот Борис Ямпольский, о котором, очень вероятно, вы подумали, увидев обложку. Автор "Избранных минут" - однофамилец известного советского писателя. Заурядная случайность - но однажды, давно, она, кажется, спасла нашему автору жизнь (как - он расскажет сам), а жизнь в конце концов превратилась в эту вот книжку - и теперь призрак двойника (вполне почтенный призрак вполне симпатичного двойника) почти неизбежно промелькнет между автором и читателем - разумеется, лишь на миг. Из всех проделок судьбы, из бесчисленных ядовитых шуток, сыгранных ею с Борисом Яковлевичем, эта - самая беззлобная. Обидней будет, если читатель примет "Избранные минуты" за собрание мемуарных отрывков: обознается опять. А это возможно и даже легко: пробежали первую страницу - отзвуки детства и пронзительная печаль утрат; заглянули на последнюю - автобиографические числительные - то ли сложение, то ли вычитание, а взамен итога, в остатке - самоутешительный афоризм; пролистали насквозь - ясно, что и этому человеку, рассказчику, чудовищное наше государство, как многим другим, изломало вдребезги жизнь, а он, как немногие, собрал ее заново из каких-то необыкновенно тихих радостей; видно, что написано хорошо - фразой розановской школы: стремительный синтаксис удерживает события здесь и сейчас, в переживаемом моменте; обаятельный такой лаконизм, как будто читаешь мысли, а не слова... Вот вывод и готов: просто воспоминания - впрочем, талантливые - частного лица; очередное свидетельство очередной жертвы; а впрочем, отрадно, что в непостижимо жестоких обстоятельствах наш автор чудом сохранил свежесть чувств, достоинство и юмор... Так обойдется невнимательный читатель с этой единственной в своем роде и удивительной книгой - с историей читателя вдохновенного, чья любовь к литературе стала участью, предопределила поступки. Дорого стоила эта любовь - Борису Яковлевичу пришлось отдать все и вдобавок все вытерпеть - зато и она его спасла и сохранила и подарила смысл существования и вспышки счастья. Это было (и есть) в самой сути своей религиозное чувство: ведь бывают времена и страны такие, что негде, кроме литературы, укрыться истине, добру и красоте, и любая порядочная книга становится священной. Такая примерно ситуация описана в романе Рея Брэдбери "451 по Фаренгейту". Автор "Избранных минут" несколько десятилетий в такой ситуации пребывал, изо всех душевных сил сопротивляясь самым могущественным в истории организациям, пытавшимся отучить его читать - то есть думать - то есть проводить жизнь как подобает высшему существу. Потому что, согласитесь, нельзя же, прочитав "Капитанскую дочку", "Ионыча" или "Крысолова" - подать руку осведомителю, трусу, хаму, лжецу - ни поднять ее в знак одобрения людоедской резолюции. Такой взгляд на вещи - неотъемлемое достояние автора и сюжет "Избранных минут". Борис Яковлевич Ямпольский всматривается в лица тайных единоверцев - как мало их было, как тяжко им приходилось, как они были прекрасны! Он вникает в собственную странную биографию - в сущности, катастрофа: знай увлекался людьми и сочинениями, как последний романтик; ничего не нажил и все, кроме любви, потерял, и ничего потерянного не жаль - только одной рукописи украденной жаль безумно: иногда чувствуешь себя пропущенной главой, непрочитанной страницей. Что же, такая, значит, судьба... Грустная и прелестная книга в руках у вас, дорогой читатель. Самуил Лурье
Посмотрите другие книги этой тематики: